Мифологическая живопись в современном искусстве

Мифологическое искусство часто отбрасывают как анахронизм — пережиток ренессансного патронажа или академической традиции, которому нет места в современном мире. Я думаю наоборот. Мифология в живописи нужна сейчас сильнее, чем когда-либо, именно потому, что обращается к измерению опыта, которое современная жизнь подавляет особенно агрессивно: сакральному, архетипическому, несводимо странному.

Миф — не иллюстрация

Самое распространённое недоразумение о мифологической живописи — будто она иллюстрирует уже существующие истории: будто картина Сатурна, пожирающего сына, просто визуализирует Овидия или Гесиода. Но великие мифологические художники — Гойя, Блейк, Редон, Эрнст — никогда не иллюстрировали. Они обитали внутри мифа. Входили в него как в живое пространство и сообщали о том, что нашли.

Именно это я пытаюсь делать в собственной работе. Мой Сатурн — не Сатурн Гойи, хотя он признаёт эту линию. Это Сатурн, обнаруженный в той же психической территории: там, где архетип пожирающего отца существует как постоянная структура человеческого сознания. Современное мифологическое искусство в своей сильнейшей форме не пересказывает старые сюжеты. Оно выходит к тем же источникам, из которых эти сюжеты возникли.

Мифологический образ сегодня

В культуре, перенасыщенной изображениями, большинство из которых одноразовы и рассчитаны на мгновенное потребление, мифологическая картина предлагает редкую вещь: образ, который нельзя быстро употребить. Он требует времени, внимания, знания. Вознаграждает повторное смотрение. Продолжает расти в сознании после того, как зритель ушёл.

Мифология в живописи даёт рамку для тем, которых современное искусство часто избегает: сакрального, смерти, превращения, встречи с нечеловеческим. Моя серия «Сакральное и мифологическое» работает со всем этим. Virgen de Montserrat — не ностальгический жест в сторону католической образности; это живая встреча с архетипом божественной матери, написанная изнутри, а не снаружи.

Строить современную мифологию

Мой подход к мифологическому искусству отличается от чисто традиционной практики настойчивым строительством, а не заимствованием. Мифология в моей работе не греческая, не христианская, не доколумбова — хотя питается всем этим. Она личная. Это система повторяющихся фигур, мотивов и встреч, развивавшаяся за два десятилетия живописи. Существа, хранители, сакральные фигуры образуют мифологию, которая не принадлежит ни одной традиции и всем им сразу.